Мысли вслух на Мф 3:4-6
Евангельский образ Иоанна Крестителя больше всего напоминает ранних пророков, особенно Илию. Да и Сам Спаситель сравнивает его именно с Илией. Историки же связывают Иоанна и его проповедь с ессеями, с Кумранской общиной, предполагая, что свой духовный путь он начал именно там, на берегу Мёртвого моря.
И действительно: на первый взгляд может показаться, что Иоанн проповедует почти то же самое, что ессеи. Но именно «почти». Все ессеи, включая и членов кумранской общины, были уверены в своей избранности. Они считали, что Мессия придёт только ради них — просто потому, что никто, кроме них, не сумел сохранить необходимую для встречи Мессии духовную и ритуальную чистоту. Нечистых же ессеям было не жаль: они в любом случае обречены, и спасать их не имеет смысла, не говоря уже о том, что это и невозможно. Спасение доступно лишь членам «святой общины», остальные погибнут. Мессия придёт, чтобы вывести «своих» из этого погрязшего во зле мира, а сам мир со всеми его грехами сгорит в космическом пожаре. Кого Он не заберёт с собой, те погибнут.
Иоанн же говорит об обращении, которое открывает кающимся путь в Царство. Да, людям есть от чего очищаться, и очищение будет жёстким, огненным, пройти его будет не просто. И всё же путь в Царство Мессии не закрыт ни для кого.
Впрочем, исключения всё же есть: фарисеи и саддукеи, которых Иоанн прямо называет «змеиными отродьями» («порождения ехиднины» Синодального перевода). И дело тут не в том, что одни (фарисеи) были духовными вождями религиозного истеблишмента, а другие (саддукеи) связаны со священством и, вполне возможно, даже с храмовой верхушкой. Дело в том, что ни те, ни другие не ощущали никакой необходимости ни в раскаянии, ни в очищении, ни в новом обращении. Они готовы были совершить ещё одно очистительное омовение, раз уж этот загадочный новоявленный пророк на нём настаивает. В конце концов, он и впрямь может оказаться Божьим человеком, а лишнее омовение в любом случае не помешает. Но в глубине души они были уверены, что и без того готовы к встрече с Мессией, и без того чисты от греха и праведны. Именно это и ничто другое отделяло их от грядущего в мир Христа и Его Царства. И никакое омовение само по себе не могло им помочь: ведь Христу нужно наше сердце, а не наши омовения.